Не за кого умирать…

Геннадию Пустову было пятьдесят три, когда он, по-русски говоря, сыграл в ящик. Покинув свое привычное и до боли родное физическое тело, он тотчас увидел человекоподобное существо женского пола.

Незнакомка была в длинном то ли плаще, то ли балахоне. Лицо ее почти полностью скрывал капюшон. И хотя ничего похожего на косу при ней не было в помине, Геннадий почему-то нисколько не сомневался: перед ним Смерть собственной персоной.

— Ну, здравствуй, Геннадий Пустов, — промолвила Незнакомка. Ее голос был завораживающе сладким. Пустов чуть смутился, но быстро овладел собой и привычным уверенно-небрежным тоном, ответил:

— Здравствуй. Так вот ты, значит, какая — Смерть.

— Я довольно долго наблюдала за тобой, Геннадий. Признаться, увидела много непонятного и не слишком приятного. Прежде чем мы отправимся в дальнейший путь, позволь задать тебе несколько вопросов.

Голос Существа напоминал чарующую музыку, лившуюся легко и непринужденно. Это был не человеческий голос, скорее волшебный перезвон тысяч маленьких колокольчиков.

От наплыва столь непривычных ощущений, невозмутимый и высокомерный Пустов немного растерялся. Впрочем, ему удалось довольно умело скрыть это свое замешательство, во всяком случае, так ему показалось.

— Что именно ты хочешь узнать? – коротко спросил Геннадий, стараясь придать своему голосу как можно больше непринужденности.

— Прежде всего, скажи мне: неужели не было на Земле ни единого человека, ради которого ты мог бы сам выйти навстречу Смерти?

— Такого человека не было, — подтвердил Геннадий.

— Так почему же, в таком случае, ты так боялся ее?

— Извини, я не понял вопроса, — на лице Пустова читалось искреннее недоумение.

Незнакомка в капюшоне произвела короткое, еле уловимое движение правой рукой. Геннадий машинально отметил странный сверкающий шлейф, возникший вслед за жестом Существа. Этот след в воздухе, а точнее, в безвоздушном пространстве, переливался всеми цветами радуги и являл собой великолепное зрелище. Если бы Пустов еще при жизни умел ценить красоту, его бы, несомненно, восхитило увиденное.

— Тебе не за кого было умирать. Это значит, что тебе не для кого и не для чего было продолжать коптить небо. Так почему же ты так сильно боялся Смерти?

— Мне снились кошмары, — выпалил Геннадий. — Мне снились они большую часть моей сознательной жизни — начиная лет с двадцати пяти. Да, я любил жизнь, хотя не любил никого из людей.

— Ты не любил жизнь, в том-то и дело, — покачала головой Незнакомка.

Поняв, что на этот раз он загнан в угол и отвертеться вряд ли получится, Пустов попытался возразить:

— Я любил жизнь. Но любил вынужденной любовью. Я любил ее только за то, что она была альтернативой тебе.

Не за кого умирать 2

— «Вынужденная любовь»? – голос Существа звучал ровно и глубоко. В нем была слышна насмешка и, как ни странно, безмерная грусть. — Ты сам-то веришь в то, что сейчас сказал?.. Любовь не может быть вынужденной. Любовь – это нечто совсем иное! Хотя… откуда тебе знать. Подобные вещи всегда были тебе безынтересны.

На последнюю реплику собеседницы Пустов не ответил. Теперь он ощущал внутри себя бессильную ярость и, к своему ужасу, нечто похожее на угрызения совести. Да-да, той самой совести, которую он всю предыдущую жизнь на Земле посылал куда подальше.

— Так почему же встреча со Смертью так пугала тебя? – тихо спросила Незнакомка, после минутного молчания.

— Потому же, почему и всех людей! – в голосе Геннадия звучали отчаяние и вызов. — Потому что не знал, что ты собой представляешь!

— Ну, теперь-то знаешь? Теперь уже не боишься?

— Теперь не боюсь, — не слишком уверенно ответил Пустов.

— Тогда пойдем, — Незнакомка криво улыбнулась и протянула Геннадию свою руку. Пустов машинально отметил, что та светится каким-то странным зеленоватым светом.

— И куда же ты меня поведешь?

— Что значит «куда»? Разумеется, в место, где тебя уже ждут не дождутся такие, как ты.

— Такие, как я? – голос Пустова слегка дрогнул. — Уж не хочешь ли ты сказать, что отправишь меня в ад?! — он уже еле сдерживал закипавшее в нем отчаяние.

— В ад? – переспросило Существо. – Где ж вы все понахватались этих баек об аде? – и, понизив голос, добавила: — Нет иного Ада, чем тот, который у тебя внутри.

— Тогда куда же ты меня ведешь?

— Я тебе уже сказала: туда, где тебя ждут тебе подобные.

— Но я не хочу! – выпалил Пустов. Его вдруг начала колотить мелкая дрожь.

— А разве тебя кто-то спрашивает? – лукаво сказала Незнакомка.

— Но как же свобода воли?! – отчаянно возопил Геннадий. – Ведь у каждого из нас должен быть выбор!

— Это верно.

— И?!…

— Ты свой уже сделал, — невозмутимым тоном возвестила Незнакомка. – Теперь пришло время тебе постигать Высший Порядок.

Не за кого умирать 1

Они были уже почти на месте, когда Пустов со слабой надеждой поднял глаза на своего проводника. Та лишь молча помотала головой.

Подойдя к большим обветшалым воротам, Геннадий увидел тучного человека с недовольным лицом, курившего дорогую кубинскую сигару. Толстяк бросил неприязненный взгляд на прибывших и тотчас отвернулся.

— Слыхали, новенького привезли, — гаркнул он находившимся по другую сторону ворот. В его голосе не было ничего кроме скуки и тупого равнодушия.

— Ну, вот мы и на месте. Помни теперь одно, — Незнакомка понизила голос, — когда… а вернее, ЕСЛИ ты захочешь изменить свой выбор, ты всегда сможешь здесь это сделать.

Пустов вопросительно посмотрел на спутницу. Та неторопливо продолжала:

— Все, что тебе нужно, — это просто проявить хотя бы однажды участие и сострадание к этим неприкаянным душам.

— Это как? – не понял Геннадий.

— Не может быть, чтобы ты не представлял себе, как это делается, — покачала головой Незнакомка.

— Ты не права. Я прекрасно представляю себе это, но все эти люди…

— Души, — поправила его «Смерть».

— Ну да, души! – Пустов нетерпеливо махнул рукой. – Они ведь никого не любят, кроме себя. За что их жалеть? С какой стати проявлять участие?

— Это именно то, в чем нуждается любая душа, какой бы безнадежной ни казалась на первый взгляд. Вот и ответ на твой вопрос, Геннадий.

На минуту воцарилось молчание. Первым подал голос Пустов:

— Хорошо, ну а если я сделаю это, что тогда? Что изменится лично для меня?

— Да, и чуть не забыла, — задумчиво продолжала Незнакомка, игнорируя последний вопрос. – Соль в том, что сделать это ты должен добровольно и от чистого сердца.

— Но у меня нет сердца! – возопил Пустов. – Точно так же, как нет его ни у кого — здесь! Ведь мы же души, бесплотные существа!..

— Уверяю тебя, — невозмутимо отвечало Существо, — у каждой души есть сердце. Правда, у некоторых оно очень крепко спит.

— Ну, и что же будет со мной, если я не последую твоему совету? – с едва уловимым вызовом в дрожащем голосе, спросил Геннадий.

— Ничего особенного, — пожала плечами «Смерть». – Ты просто навеки останешься здесь и будешь жить среди себе подобных.

— Навеки? – в голосе Пустова вдруг явственно прозвучал неподдельный ужас. – Ну, а… если я поступлю иначе?

— Тогда ты вернешься на Землю.

— В облике человека?

— Конечно.

— Но это буду уже не я, так ведь, Смерть?

— Нет, не так, — Незнакомка покачала головой. — Это будешь ты, просто ничего не будешь помнить о своей прошлой жизни, по крайней мере, на сознательном уровне. Сделав выбор заново, оказавшись в новом человеческом теле, ты продемонстрируешь, готова ли твоя душа занять более высокую ступень развития.

— А если окажется, что нет?

— Тогда ты снова окажешься здесь, и все начнется сначала, — сказав это, Существо расплылось в странной улыбке и добавило: — Так ты, стало быть, по-прежнему, полагаешь, что я – Смерть?

Пустов сделал неопределенный жест рукой.

— Не перестаю удивляться средневековым представлениям, засевшим в умах миллионов людей! И это сейчас, когда на Земле царит двадцать первое столетие новой эры!

Не за кого умирать 3

— Так кто же ты? – по лицу Геннадия было видно, что он окончательно сбит с толку.

— Я – твоя жена Александра.

— Но ты даже не похожа на нее!

Незнакомка едва заметно усмехнулась.

— Видишь ли, после очередной физической смерти я претерпела некоторые изменения, потому как поднялась на несколько уровней выше. Так что теперь я твой Проводник.

— Мой Проводник?

Александра кивнула.

— Ты меня никогда не любил, я это знаю. Не любил ты и наших детей. Олег, Игорь, Дарья – все они пали жертвой твоего равнодушия.

— Но они были наркоманами! – гневно вскричал Пустов. – То, что они померли – результат их пагубного пристрастия!

— Да, наркотики в их жизни были. К сожалению, они, и правда «сторчались», как говорят сегодня в великой и могучей земной державе под названием Россия. Но ты ни разу не задавался вопросом, почему это произошло?

— Ты хочешь сказать, что это произошло по моей вине?

— «Вина» — несуществующее понятие. Оно придумано смертными с одной лишь целью – властвовать над себе подобными. Поэтому – нет – ты в этом не виновен. Но! Ты за это ответственен. И от ответственности этой тебе не скрыться, будь уверен.

Геннадия тем временем прошиб холодный пот. Он чувствовал кожей: экс-супруга не блефует.

— Однако я любила тебя всегда. Очевидно, моей миссией было сделать тебя иным. В предыдущей жизни на Земле мне это не удалось. Но, после того как рак убил мое физическое тело, мои старания были оценены. И вот теперь я являю собою, то, что являю. И в глубине моего метафизического сердца, до сих пор теплится что-то светлое по отношению к тебе. Посему именно я, а не кто-то другой, встретила тебя и сопровождала до этого, как ты успел заметить, не слишком приятного места. И, хотя теперь я представляю собой Существо Высшего Порядка, и мне неведомы ни горечь утрат, ни сомнения, ни сожаления… все же я хочу еще раз попытаться. Попытаться тебе помочь, несмотря на то, что ты давно утратил желание помогать самому себе.

— Хорошо, — выдохнул Пустов, когда Александра замолчала. – У меня остался только один вопрос: почему я, выражаясь твоими словами, «ответственен» за то, что произошло с нашими детьми, а ты – нет?! Ведь ты тоже могла их спасти, остановить, помочь сойти с этого пути! И почему же ты этого не сделала?

— А кто тебе сказал, что на мне не лежит ответственности за произошедшее? Лежит. Этого никто не отрицает. И мне предстоит решать эту нерешенную задачку в дальнейшем, можешь не сомневаться. Однако, согласись, у твоего и моего бездействия были разные мотивы. Я была слишком поглощена и, если хочешь, даже ослеплена своей любовью к тебе. Тогда как ты просто упивался своей персоной. Понимаешь, к чему я клоню?

Геннадий горько усмехнулся и выдавил:

— Значит, пресловутая «любовь к ближнему», о которой писали в своих романах классики – она, и только она, сделала тебя Существом Высшего Порядка?

— Это так, — подтвердила Александра. — Любовь – единственное, что способно возвеличивать души. Вот только, увы, немногие из живущих на земле теперь догадываются о том, что это такое.

Последние слова Александры поразили ее экс-супруга — она отчетливо разглядела это в его ауре. Пустов не сказал более ни слова. Он просто развернулся и пошел к своим новым «согражданам», «живущим» по ту сторону странных ворот.

Не за кого умирать

Спустя всего семь земных месяцев Геннадий вернулся на Землю. Это был младенец необыкновенной красоты. Утренний ветер ласково трепал его светлые кудряшки, а в глазах малыша отражалось глубокое и радостное понимание.

Хотите вспомнить, как вы завершили прошлую жизнь и для чего пришли сюда сейчас?

Курс Путешествие к Себе Вспомнить всё!

Вам понравилось? Поделитесь с друзьями!

0
Золотая Ната
 

Консультант Реинкарнационики, Целитель, Вдохновитель

Авторизация

Регистрация

Генерация пароля